САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ и СЕВЕРО-РУССКАЯ ЕПАРХИЯ  arrow 1985-2000 гг. митр. Виталий arrow 6. митр. Виталий arrow Русская Православная Церковь в советское время (1917-1991). Герд Штриккер. Дискуссия о Церкви и КГБ

arhBishop-Sofrony1

 Высокопреосвященнейший Софроний, архиепископ Санкт-Петербургский и Северо-Русский

Форум РПЦЗ

Регистрация

Боголюбивые
православные
братия и сестры
Вы сможете комментировать и публиковать свои статьи
Имя

Пароль

Запомнить
Вспомнить пароль
Нет регистрации? Создать
Благодарим Вас!

RSS Новости

Баннеры РПЦЗ

Санкт-Петербургская и Северо-Русская епархия РПЦЗ, архиепископ Софроний

 

Kondakov_BANNER1


HotLog

Яндекс.Метрика

Русская Православная Церковь в советское время (1917-1991). Герд Штриккер. Дискуссия о Церкви и КГБ PDF Напечатать Е-мейл

  Герд Штриккер .  Русская Православная Церковь в советское время (1917-1991)

скачать ВСЮ книгу. PDF

 

часть 24. Дискуссия о Церкви и КГБ 

 

Статья о. Георгия Эделыптейна в "Аргументах и фактах" № 36 за 1992 год не была самой острой из числа тех, которые он опубликовал по вопросу о КГБ и Церкви (Док. 354). Точка зрения Патриархата на эту статью, изложенная заведующим бюро коммуникаций ОВЦС (Док. 355), несколько странная, поскольку она основывается на том, что не только церковная жизнь и не один ОВЦС находились под государственным контролем, но и вся общественная жизнь бывшего Советского Союза. Может создаться впечатление, что Церковь не знала, что Совет по делам религий кишел сотрудниками КГБ ("В его составе [Совета по делам религий] были, как стало известно из прессы, сотрудники КГБ"). Патриархат всегда выставлял схожие аргументы против подобных публикаций еще со времен антирелигиозных кампаний 50–60-х годов, поскольку они якобы вредны для авторитета Церкви. В этом документе говорится, правда, о необходимости "внутреннего обновления Церкви". Позже игумен Иоанн (Экономцев) заявил, что покаяние должно быть перед Богом, ... не перед людьми. Подобная аргументация наводит на мысль, что Патриархат хотел бы воздержаться от четкой проработки проблематики и порицания виновных и спрятаться за формулами "покаяния перед Богом", "духовного обновления" и "взаимного прощения".

 

Реагируя на статью о. Г. Эдельштейна и критическую заметку П. Лукьянченко в "АиФ" (Док. 356) по поводу выступления митрополита Кирилла, председателя ОВЦС, в телевизионной программе "Вести", протоиерей А. Шаргунов в своем письме описал свой взгляд на взаимоотношения священника и КГБ. Он отверг утверждения о. Георгия как преувеличенные, но недвусмысленно ограничился защитой священников ("об архиереях прилично сказать самим архиереям").

 

О. Вячеслав Полосин, в свое время председатель Комитета по свободе совести, вероисповеданиям, милосердию и благотворительности ВС РФ, представил в "Изве-

 

408//409

 

стиях" от 22.1.1992 года (Док. 358) несколько материалов, оказавшихся в руках Комиссии по расследованию причин и обстоятельств государственного переворота при изучении досье КГБ, которым она занималась в последней четверти 1991 года. Документы эти, как, например, административное распоряжение от 1921 года (из протокола Секретного отдела ВЧК, см. Док. 72) очень красноречиво показывают, насколько жестоко и цинично КГБ (ЧК, НКВД) вмешивался во внутреннюю жизнь Церкви. Далее В. Полосин представляет выдержки из отчетов КГБ о Генеральной ассамблее Всемирного Совета Церквей, затем свидетельство того, как в результате особых мер КГБ в июле 1989 года Исполком ЦК ВСЦ принял те заявления и послания, которые соответствовали политической линии социалистических стран.

 

Завершают сборник протоколы двух "круглых столов" – в редакции "Столицы" (19.2.1992) и в "Огоньке" (№ 18–19, 1992), которые содержат в себе все точки зрения на проблему КГБ–Церковь. Участие принимали: от Московской Патриархии игумен Иоанн (Экономцев) и диакон Андрей Кураев, а также церковные инакомыслящие – священники Георгий Эдельштейн и Глеб Якунин; представители Зарубежной Церкви и миряне, как, например, известная христианская правозащитница Зоя Крахмальникова, и другие.

 

 

 

354 Чекисты... в рясах [разговор корреспондента "АиФ" с о. Г. Эдельштейном] (август 1991)

 

 

 

...В течение 5 последних лет о, Глеб Якунин и я много раз говорили и писали о засилии КГБ в Церкви. Но наши иерархи упорно отрицали это или отмалчивались. Заявление владыки Кирилла особенно ценно, потому что он является руководите-

 

409//410

 

лем Отдела внешних церковных сношений – учреждения, которое кагэбэзировано полностью, начиная с председателя и кончая швейцаром...

 

Вопрос. ...Можете ли вы назвать имена, о которых доподлинно известно, что они работают на КГБ?

 

Ответ. Допустим, я назову вам сейчас имена пятерых людей. И гнев читателей обрушится именно на этих пятерых. Но это не значит, что остальные не виноваты в том же. Ведь до сих пор каждый второй священнослужитель – это явный или тайный сотрудник Комитета госбезопасности. Я не знаю священника, с которым бы сотрудники КГБ не беседовали. Подтверждением тому являются слова бывшего председателя Совета по делам религий К. Харчева: "Ни одна кандидатура епископа, тем более высокопоставленного, тем более члена Священного Синода, не проходила без утверждения ЦК КПСС и КГБ".

 

Вопрос. А себя вы относите к той второй половине священников, которые не имели контактов и не сотрудничали с КГБ?

 

Ответ. Ну почему. Я имел контакты с КГБ. Когда я служил в г. Кадникове Вологодской области, ко мне регулярно приходил сотрудник местного УКГБ. На первой встрече он сразу спросил: "Вы мне подписку о сотрудничестве дадите?" Я говорю: "Нет". – "Ну хорошо, мы будем встречаться только для беседы".

 

Он расспрашивал меня об отце Глебе Якунине, который тогда находился в заключении, об известных правозащитниках о. Димитрии Дуд ко, о. Николае Эшлимане. Кроме того, вологодский архиепископ Михаил несколько раз говорил мне, что имеет контакты с органами госбезопасности, что к нему регулярно приходит начальник местного отдела КГБ. Да и сам архиепископ частенько бывал там.

 

Вопрос. Что еще интересовало сотрудников КГБ?

 

Ответ. Все, что связано с жизнью церковного прихода. Например, мои доходы. Они так и говорили: "Расскажи честно, как на духу, сколько ты зарабатываешь и сколько кладешь в карман". Доходов у каждого священника всегда много. Более того, если ты послушный, охотно сотрудничаешь, то тебя "наградят": переведут в богатую церковь, где будешь зарабатывать не 150-200 рублей, а раз в 5-10 больше...

 

410//411

 

Вопрос. В чем вы видите выход для Церкви? И есть ли он?

 

Ответ. Сказать правду и покаяться во лжи. Необходимо разрушить систему всеобщей взаимосвязи в доносительстве. Она – наш единственный враг.

 

Вопрос. Сегодня вы берете на себя смелость откровенно рассказывать о тех безобразиях, которые творились и творятся в Церкви. Но почему вы молчали раньше?

 

Ответ. Говорят, что диссидентами не рождаются, их делала наша система. Не буду рассказывать о всех своих мытарствах. Расскажу только о двух фактах. 20 лет мне не давали возможности стать священником. Когда же им наконец стал, то спустя некоторое время за мое "воспитание" взялся Вологодский областной уполномоченный Совета по делам религий: "Не было такого случая, чтобы я с мятежным попом не справился. Будешь вот здесь на коврике рядом с моим креслом стоять на коленях и просить у меня ручку поцеловать".

 

Что же касается моего "молчания", то о безобразиях в Церкви я стал открыто говорить еще в 1980 году, а первые мои публикации в печати (поначалу, увы, только в зарубежной) появились в 1987 году.

 

АиФ. 1991. № 36

 

 

 

355 Так были ли в Церкви чекисты? [Письмо заведующего бюро коммуникаций ОВЦС] (сентябрь 1991)

 

 

 

...На вопрос, в какой степени КГБ контролировал в прошлом деятельность Русской Православной Церкви, митрополит [Кирилл. – Ред.] ответил, что в условиях тоталитаризма и моноидеологии государство пыталось контролировать любую сферу общественной жизни, используя для этого все имевшиеся у него в наличии средства. Вопросами церквей и религиозных объединений у нас занимался Совет по делам религий. В его составе были, как стало ныне известно из прессы, сотрудники КГБ. В этом смысле, безусловно, можно говорить о жестком

 

411//412

 

контроле и многочисленных запретах, которые калечили жизнь нашей Церкви. Но столь же непреклонно подавлялись и все другие формы общественного сознания.

 

К сожалению, интервью в целом вызывает впечатление огульного осуждения служителей Церкви, что очень похоже на атеистические кампании в газетах и журналах на рубеже пятидесятых и шестидесятых годов, когда использовались обвинения в безнравственности духовенства для дискредитации Церкви и веры в глазах народа. Правда, в те времена вместо связей с КГБ говорилось о связях с империализмом, но даже тогда не утверждалось, что порочащие связи имеет каждый второй священник.

 

Не вызывает сомнения, что Церковь, долгие годы находившаяся в плену и бывшая несвободной, нуждается во внутреннем духовном обновлении. Это обновление должно осуществляться на основе церковной законности и соборности и находить корректное отражение в общественной дискуссии.

 

Б. Вик, заведующий бюро коммуникаций Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата.

 

АиФ. 1991. № 40

 

 

 

356 "Церковь и КГБ" (продолжение) [ответ редакции "АиФ" на письмо заведующего бюро коммуникаций ОВЦС] (август 1991)

 

 

 

"Церковь и КГБ" – так назывался один из сюжетов выпуска "Вестей" Российского ТВ, который пошел в эфир в 23.00 29 августа. Действительно, в этом сюжете митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл прямо не говорил о сотрудниках КГБ из числа церковнослужителей, а ограничился фразой: "Мы знаем, что в Совете по делам религий представители этой организации (имеется в виду КГБ. – Ред.) работали, как они работали и на Центральном телевидении".

 

412//413

 

Правда, вряд ли суть высказывания от этого стала принципиально иной: никто из сведующих людей не возьмет на себя смелость отрицать, что в недавние времена почти полноправным хозяином Русской Православной Церкви был, как это ни горько сегодня звучит, не ее номинальный руководитель – Священный Синод, а именно "кагэбэзированный" Совет по делам религий.

 

С сожалением констатирую, что митрополит Кирилл не взял на себя ответственность подтвердить или опровергнуть приведенные в интервью конкретные факты работы на КГБ сотрудников подначального ему Отдела внешних церковных сношений. Не потому ли митрополит Кирилл не подписал опровержение лично, а осмотрительно переложил на своего нижестоящего работника? И не той же "осмотрительностью" было продиктовано поведение митрополита Кирилла 19 августа сего года в Успенском соборе Кремля, когда он "постеснялся" осудить ГКЧП – если не как священнослужитель, то хотя бы как гражданин?

 

Мы отнюдь не стремились, как говорится в официальном ответе ОВСЦ, возрождать кампании "огульного осуждения" Русской Православной Церкви. Напротив, мы решили развернуть на страницах газеты дискуссию по самым сложным вопросам бытия Церкви, определяющим ее будущее. И прежде всего нам бы хотелось услышать мнение на сей счет самих церковнослужителей.

 

П. Лукьянченко.

 

АиФ. 1991. № 40

 

 

 

357 Протоиерей А. Шаргунов. Еще раз о КГБ и Церкви (январь 1992)

 

 

 

Если уж пришлось Церкви "судиться в мирских судах" и вы приглашаете священников принять в этом участие ("АиФ" № 36 и № 40), то наш долг – засвидетельствовать, прежде всего, что действительно мало кто из священников избежал посягательств

 

413//414

 

со стороны КГБ. Поневоле задумается неискушенный человек, стоит ли идти в такую Церковь, где каждый второй священник, как утверждает отец Г. Эдельштейн, запятнан Иудиным грехом, где все так же, как и в мире, только хуже еще: не поймешь, где правда, а где предательство.

 

Я понимаю тех священников, которые считают ниже своего достоинства в этом оправдываться, и пишу единственно из опасения, как бы наше молчание не было воспринято кем-то как знак согласия.

 

Если говорить о священниках – об архиереях прилично сказать самим архиереям, – то в процентном отношении, на мой взгляд, это может быть не более чем 1 к 10. То есть примерно так же, как это было с самого начала вокруг Христа. Не могу настаивать на том, что эта пропорция абсолютно точна, но совершенно уверен в одном: большинство священства в этом грехе неповинно.

 

На чем основана моя уверенность?

 

В Церкви я после крещения 25 лет (крестился взрослым, в 25 лет) и в течение 10 лет был активным прихожанином и чтецом, 15 лет служу священником. За это время я, естественно, мог наблюдать церковную жизнь со всех сторон. Из близко знакомых мне примерно 20 священников – почти ко всем из них приступали с "предложениями" – ни один не поддался. Среди моих духовных чад – четырнадцать стали священниками: одних из них пытались "вербовать", но ничего не добились, к другим – тем, которые приняли сан в последние три года, уже не приставали.

 

Кроме того, я преподаю в Московской духовной семинарии в выпускных классах, большая часть выпускников к концу учебного года становится священниками, и думаю, что не ошибаюсь насчет большинства их, видя, как они участвуют в обсуждении самых острых тем, в том числе и этой темы.

 

Вот на каком "опыте" строятся мои заключения, и мне небезразлично было бы узнать, откуда берет свои сведения отец Г. Эдельштейн.

 

414//415

 

Что касается моих личных отношений с КГБ, – приходится говорить и о себе, – то они не прекращались, можно сказать, с юности и до недавнего времени. Но в отличие от отца Г. Эдельштейна "всякие попытки регулярных встреч", будь то "сотрудники" или распоясавшийся уполномоченный, мною с самого начала пресекались. За отказ "пойти на контакт" в 1960 году меня исключили со второго курса факультета журналистики Уральского университета... в 1967 году после окончания иняза не пустили техническим переводчиком в арабскую страну, пытаясь соблазнить "творческой работой" в Англии и Франции, в 1982 году – не дали преподавать в аспирантуре Московской духовной академии. Из происшедшего со мной я, разумеется, не сделал вывода, что все или половина тех, кто учился в университете, едет переводчиком в Алжир или преподает в Духовной академии, – сотрудничают с КГБ. Прошу, во ограждение Церкви от клеветы, КГБ или, вернее, теперь ту организацию, которая ведает ее архивами, опубликовать цифровую информацию на эту тему, скажем наподобие того, как это сделал В. Солоухин, рассказывая об истреблении священства: в 1917 году в России было 360 тысяч священников, в 1919 году их осталось 40 тысяч .

 

Враги Церкви всегда силились не только стереть Ее с лица земли, но и разрушить изнутри, точно так же, как теперь стараются различными способами смешать Ее с грязью.

 

С уважением,

 

настоятель Свято-Никольского храма в Пыжах протоиерей Александр Шаргунов.

 

МЦВ. 1992. № 1. С. 6

 

415//416

 

358 Вечный раб Ч К [статья о. Вячеслава Полосина] (22.1.1992)

 

 

 

За последние два года было опубликовано немало фактических данных о масштабах идеологического геноцида. Приводилась статистика физических расправ.

 

Однако до сих пор не исследованной оставалась тайная деятельность КПСС и подвластных ей карательных структур по уничтожению традиционных конфессий "изнутри" – методом преступного растления их внутренней организации... Вероучи-тельным догматом, легшим в основу этого поистинне сатанинского замысла, стало известное утверждение В. Ульянова-Ленина о том, что "праведный поп в тысячу раз вреднее аморального, так как его в тысячу раз труднее изобличить". Отсюда и курс ленинской партии, преследующий сразу две цели: либо аморальные служители культа (пьяницы, жулики, развратники), которых церковь изгоняла сама, вовлекались в число ее могильщиков – становились образчиками атеистической пропаганды, либо скомпрометированные религиозные деятели "брались на крючок" и склонялись к негласному сотрудничеству с "политорганами".

 

Причем, и это важно знать, откровенный цинизм методов и целей "тайного ордена рыцарей революции" раскрывается уже в самих истоках его деятельности...

 

Конечно, здоровые силы в Церкви старались сопротивляться, иногда и "засвечивали" засланных провокаторов, но это стойле больших жертв – изгнания, лишения сана – и в последние десятилетия встречалось уже редко. Зато игра на человеческих слабостях, спекулирование зависимым и бесправным положением духовенства, шантаж, репрессии оставались тем верным способом, которым КПСС, подчиненные ей Совет по делам религий и КГБ мало-помалу выедали традиционную религию изнутри...

 

К 70-м годам вмешательство КГБ СССР в международную деятельность религиозных объединений достигло апогея. "Органы государственной безопасности держат под контролем контакты Ватикана с Русской православной церковью...", – секретно докладывает в ЦК КПСС председатель КГБ Андропов.

 

416//417

 

О степени проникновения в церковную среду можно судить по рапорту КГБ в июле 1983 года:

 

"В Ванкувер (Канада) на VI генеральную ассамблею Всемирного совета церквей в составе религиозной делегации СССР направлено 47 (!) агентов органов КГБ из числа религиозных авторитетов, священнослужителей и технического персонала".

 

Июль 1984 года. "В Швейцарию в составе делегации Русской православной церкви на ЦК Всемирного совета церквей выезжали агенты ... (перечисляются их клички. – В. П.), имевшие задание на продвижение на пост генерального секретаря Всемирного совета церквей приемлемого для нас кандидата. На эту должность избран Эмилио Кастро, избрание которого, помимо РПЦ, поддержали церкви соцстран".

 

Или совсем недавно – июль 1989 года. Уже вся страна, затаив дыхание, слушает выступления бывших диссидентов на съездах народных депутатов СССР. Тут и там проходят манифестации в защиту демократических преобразований. А мы читаем в отчете:

 

"В соответствии с планом, утвержденным руководством КГБ СССР, осуществлены агентурно-оперативные и организационные мероприятия по обеспечению государственной безопасности в период проведения мероприятий Всемирного совета церквей в Москве... В результате осуществленных мер исполкомом ЦК Всемирного совета церквей приняты общественные заявления (8), послания (3), соответствующие политической линии социалистических стран. Проведены агентурные и оперативно-технические мероприятия в отношении 29 объектов... Взяты выгодные нам многочисленные интервью...".

 

Неясно одно, причем здесь государственная безопасность?

 

С большой заботой опекала КПСС и другую международную организацию – Христианскую мирную конференцию. Еще в октябре 1968 года:

 

"Для контрразведывательного обеспечения работы Христианской мирной конференции и проведения агентурно-оперативных мероприятий совместно с друзьями (НРБ, ВНР, ГДР, Куба, ЧССР) в ГДР... маршрутировались 12 агентов органов госбезо-

 

417//418

 

пасности. В ходе мероприятий не допущены невыгодные кадровые изменения, приняты политически выгодные итоговые документы и поправки к Уставу"...

 

Ноябрь 1986 года. «Через ведущую агентуру из числа проповедников АСД (Адвентистов седьмого дня. – В. П.) в Туле проведено переизбрание старшего служителя церкви по Центральному региону. В результате на эту должность вновь продвинут агент "Светлов"»...

 

Даже семейная, интимная жизнь тех, кто упорно отрицал коммунистическое язычество, не оставалась без внимания. Так, в августе 1988 года:

 

"Проводились мероприятия, направленные на дальнейшую компрометацию А. Огородникова... Через агентуру и другие возможности удалось склонить жену объекта обратиться в суд с заявлением о расторжении с ним брака"...

 

Вчитайтесь в коротенькую цитату из записки Отдела пропаганды ЦК КПСС, одобренной секретариатом ЦК 13 марта 1986 (!) года: "Поручить Совету по делам религий при Совмине СССР совместно с КГБ СССР подготовить предложения об упорядочении подготовки кадров духовенства".

 

Это же трудно себе вообразить: ЦК КПСС руководит отбором священнослужителей, их учебой. А конкретное осуществление задачи вверяет Совету по делам религий при Совмине совместно с органами государственной (!) безопасности...Становятся объяснимы и неожиданные политические заявления некоторых священнослужителей:

 

«Через агентов "Кузнецова" и других было подготовлено открытое письмо патриарха Пимена президенту США Рейгану. Письмо опубликовано в газете "Нью-Йорк Тайме", перепечатано в "Известиях" от 11.04.1983 г. и направлено друзьям для публикации в их газетах».

 

А ведь все эти агенты, пишущие письма Рейгану, пресекающие деятельность монастырских старцев и паломников, получают тепленькие места, вознаграждения, зарубежные командировки, выводятся в резидентуру и так далее...

 

418//419

 

Ясно, что говорить в этой ситуации об "отделении церкви от государства" – значит издеваться над здравым смыслом. И в связи с этим возникает уже юридический вопрос: а не злоупотребляем ли мы сегодня бездумным, механическим повторением в правовых документах этого сомнительного тезиса, пущенного с легкой руки французских материалистов? Ведь у нас он, по сути, утверждал всегда только одно – равенство всех конфессий в их бесправии. На практике же именно идеологическое бессилие годами восполнялось агентами в рясах и чалмах...

 

В конце-то концов должно же государство признать перед миллионами верующих, что стало орудием человеконенавистнической и богоненавистнической силы, которая, внедряя "четвертый сон Веры Павловны", замышляла сделать свободного человека "вечным рабом".

 

Известия. 22.1.1992

 

 

Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, председатель ОВЦС, в интервью Российскому телевидению признал, что в прошлом КГБ контролировал деятельность РПЦ.

Согласно отчету обер-прокурора Священного Синода РПЦ за 1914 год (Приложения, с. 4-129) в 1917 году в России было 53 234 священников и 15 694 диаконов. Поэтому приведенные числа вызывают сомнение.

 

 

 

359 Говорить всю правду – единственный путь Церкви [по материалам пресс-конференции в редакции журнала "Столица", посвященной положению РПЦ] (19.2.1992)

 

 

 

19 февраля в редакции журнала "Столица" состоялась пресс-конференция, посвященная положению Русской Православной Церкви, или, вернее, Московской Патриархии, после опубликования в ряде органов печати документальных данных о сотрудничестве ее иерархов с КГБ.

 

О. Георгий Эдельштейн. Мое интервью в "АиФ" не содержало абсолютно ничего нового... Первым выступил мой епископ, устроили епархиальное собрание, где было больше ста человек, и в течение трех часов меня били ногами, мазали дегтем, довод был ровно один: как я посмел выдать наши профессиональные тайны. Если ты об этом заговорил, то это отвратит верующих от Русской Православной Церкви... Я категорически против выяснения, кто виноват. Виноваты все мы, без исключения: одни стучали, другие делали вид, что не видят, не слышат, не знают. Нас, священников Московской Патриархии, рукополагали в сан офицеры КГБ. И мы – не знали? Так неужели я не

 

419//420

 

виноват в том, что я столько лет молчал об этом? Неужели есть здесь хоть один человек, который не знает, что весь, сверху донизу, Отдел внешних сношений – филиал КГБ? Меня поразила одна публикация в тех же "АиФ". Оказывается, именно этому отделу сейчас выкручивают руки, чтобы провести в него "своего человека" из КГБ... Мне очень радостно, что речь все время идет о нас, о Московской Патриархии. Другие конфессии о том, что у них есть гебешники, не сказали ни разу. Значит, Русская Православная Церковь – самая живая. Я думаю, что говорить всю правду – единственный путь Церкви...

 

Александр Нежный. Мы имеем дело с ситуацией уникальной, трагической. Непросто привести пример в истории христианской Церкви, когда вскрывается такое падение, обнажаются такие язвы. Но именно поэтому надо весьма сдержанно и очень трезво подходить к явлениям, которые сейчас стали достоянием общества. Потому что при всем том, что, как я сказал, является трагедией для народа, для общества и, в первую очередь, для Церкви, при всем этом надо понимать чрезвычайно сложное положение священнослужителей. Не каждый из них, я думаю, шел на сотрудничество с КГБ... Наиболее яркие образцы такого служения партии и государству мы видим в лице митрополита Киевского Филарета, митрополита Питирима, можно вспомнить также митрополита Воронежского Мефодия – он сейчас прилагает много усилий, чтобы представить себя большим деятелем, большим другом детей. Но многие несли эту повинность, как крест, и сейчас, я думаю, с большим внутренним облегчением воспринимают все последние известия. Архиепископ Саратовский Пимен написал мне недавно: "Иные из нас были, как солдаты, захваченные в плен, но не изменившие своему Отечеству, а многие, были солдатами, которые это Отечество предали". И добавил, что нам не нужны ни антоновы, ни аббаты ...

 

Безусловно, вскоре встанет вопрос о Патриархе... В документах, обнаруженных комиссией Парламента, найден также щелчок, адресованный тогда митрополиту Алексию со стороны

 

420//421

 

отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС. Был уже 1986 год. "Из записки отдела пропаганды ЦК КПСС о письме митрополита Алексия"... Письмо было написано по инициативе митрополита Алексия председателю отдела духовного просвещения МП. Суть письма заключалась в том, чтобы государство наконец-то разрешило Церкви выполнять не только обрядовые функции, но и социальные: благотворительность и все то, что связано с этим направлением. Письмо за своей подписью митрополит Алексий направил в ЦК и получил следующий ответ: "Поскольку в письме прослеживается стремление повысить престиж и фактические права Церкви путем обеспечения ей некоего партнерства в отношениях с государством в решении социальных, экономических и культурных задач, руководству Совета по делам религий при Совмине СССР следует в беседе с автором подчеркнуть, что, соблюдая конституционную гарантию свободы совести и в традициях отделения Церкви от государства, Церковь должна заниматься удовлетворением религиозных потребностей без вмешательства в вопросы, относящиеся к политической системе советского общества".

 

После этой отповеди митрополит Алексий был снят с поста управляющего делами МП и отправлен в Питер на кафедру. Думая обо всем этом, ища возможный выход из создавшегося положения и обозревая ряды епископата, мы находим, что есть люди, которые могут поднять этот тяжкий груз и вынести его. Но, кажется, какая-то реформа в управлении Церкви была бы сейчас весьма полезной... Ведь печальный длинный список ставших уже известными агентурных имен расшифрован далеко не до конца.

 

В связи с этим особую тревогу вызывает у меня один из документов, говорящий о том, что молодые люди, окончившие школу КГБ, были потом посланы на учебу в духовные заведения как в России, так и за рубежом. Они двигались параллельно по двум карьерам. В епископате Русской Православной Церкви есть кадровые офицеры госбезопасности. Деятельность парламентской комиссии продлена еще на две недели...

 

421//422

 

Дьякон Андрей Рыбин . В течение шести лет своей работы я достиг в отделе определенных высот, сделал церковную карьеру. Однако в августе 1989 года я с группой единомышленников из отдела, тоже бывших сотрудников, также с группой иностранцев, подготовил документ, критикующий позицию и политику (Совета Церквей), а также политику бывшего СССР и соцлагеря в области прав человека. После этого заявления я перешел в разряд церковнослужителей неблагонадежных, нелояльных и невыездных. И вот в течение полутора лет после жесткой обработки меня органами госбезопасности (мы в отделе имели каждый своего куратора из КГБ) противостояние дошло до предела, и после окончательного моего разрыва с ними в мае 1991 года я был из отдела изгнан – конечно, с их подачи... Вы, конечно, знаете, что Отдел внешних сношений был образован в 1946 году с подачи бериевской охранки. И вот с этого самого времени, уже более 40 лет, работа отдела происходит под жесточайшей, полной опекой КГБ. Именно с тех пор и по сей момент главным идеологом и разработчиком основных направлений является Буевский. Это ветеран не только отдела, но и МП, в отделе работает с 1946 года, и его перу принадлежат все документы, которые выходили в МП – с беспрерывными осаннами всем нашим лидерам, начиная с учителя И.В. Сталина и кончая последним нашим экс-президентом. Но помимо Буев-ского в отделе есть менее маститые люди, которые начали свое восхождение по ступеням церковной дипломатии также со времен И.В. Сталина. И эти люди продолжают играть в отделе существенную роль...

 

Несколько слов о "миротворческой деятельности". Как ее участник, заявляю со всей ответственностью: ничем иным, кроме как чистым блефом, она никогда не была...

 

И, конечно, все это касается и других отделов: издательского, вновь созданного отдела по благотворительности и милосердию, созданного с подачи КГБ совсем недавно Всеправославного молодежного движения...

 

РМ. 28.2.1992

 

422//423

 

360 "Я сотрудничал с КГБ... но не был стукачом" [интервью архиепископа Виленского и Литовского Хризостома М. Поздняеву] (апрель 1992)

 

 

 

...Архиепископ Хризостом...Да, мы – во всяком случае, я, и я говорю это в первую очередь о себе, – сотрудничали с КГБ. Я сотрудничал, я давал подписку, имел регулярные встречи, отчитывался. У меня есть свой псевдоним – кличка, как там говорят, – "Реставратор". Я сотрудничал с ними сознательно – в том плане, что я стремился настойчиво проводить свою линию церковную, да и патриотическую, как я ее понимал, при содействии этих органов. Я никогда не был стукачом, не был доносителем...

 

Но вместе с тем среди нас, архиереев, а уж тем более среди священников, есть масса людей недостойных, аморальных. Вот эту их аморальность, пользуясь отсутствием у нас церковного суда, и использовал КГБ. Их защищали от нас, правящих епископов, чтобы мы не могли их наказывать в соответствии с канонами церковными...

 

И вот я призвал на Соборе , чтобы мы сделали какое-то заявление о необходимости от всего этого очиститься. Тот, кто поступал недостойно, – чтобы мы сами применили к нему должные меры, как применили, допустим, к бывшему Хабаровскому епископу Гавриилу. А дальше – по ходу поступления информации, документов, изучать эти вопросы глубже, полнее..!

 

...Я был вынужден дать подписку, что буду информировать КГБ... Если я в донесениях о ком и говорил плохо – то прежде всего о врагах Церкви, о тех же кагебешниках, внедренных в Тело Церковное. Я их всех знал, потому что они и не таились. Их не нужно было высчитывать, а сразу видно было, кто из них настоящий агент. По поступкам. Потому-то о них я всегда говорил на собеседованиях в КГБ плохо. Я пошел на эти контакты, уже будучи епископом, – но у нас в Церкви есть настоящие кагебешники, сделавшие головокружительную карь-

 

423//424

 

еру; например Воронежский митрополит Мефодий. Он офицер КГБ, атеист, человек порочный, навязанный кагебешниками. Синод был единодушно против такого епископа – но нам пришлось взять на себя такой грех; а дальше – какой у него был взлет! Стал митрополитом, чуть ли не десять лет распоряжался церковными деньгами, миллионами, – был председателем Хозяйственного Управления! И он никогда не любил независимых честных священников, не защищал их, а только гнал. А я... Пусть вскроют архив КГБ – посмотрят то, что я давал, и то, что на меня давали! И я уверен: чаша весов будет в мою пользу...

 

...Общественный строй сформировал нас всех так, что мы – испорченные в какой-то степени. И сегодня, пожалуй, нужно не требовать от нас, служителей Церкви, слишком многого, по максимуму...

 

РМ. 24.4.1992

 

 

 

361 "Камо грядеши, Святая Церковь?" ["Круглый стол" "Огонька"] (май 1992)

 

 

 

Перед обществом с небывалой ранее остротой возник вопрос о доверии к Церкви. Этому, собственно, и был главным образом посвящен "Круглый стол" "Огонька", собравший людей, исповедующих вовсе не одинаковые, а иногда даже и прямо противоположные взгляды: христианского прозаика и публициста Зою Крахмальникову, председателя Комитета по свободе совести, вероисповеданиям, милосердию и благотворительности Верховного Совета Российской Федерации священника Вячеслава Полосина, председателя Комиссии ВС РФ по расследованию причин и обстоятельств государственного переворота Льва Пономарева, члена ВС РФ священника Глеба Якунина, председателя Отдела духовного просвещения Московской Патриархии игумена Иоанна (Экономцева), священника Георгия Эдельштейна, секретаря Германской епархии Русской Православной Церкви Заграницей священника Николая Артемова, доктора юридических наук профессора Юрия Розенбаума, дьякона Андрея Кураева.

 

424//425

 

Л. Пономарев. Парламентская комиссия была создана 6 сентября. Мы должны были, изучив причины и обстоятельства переворота, внести соответствующие предложения по изменению законодательства Российской Федерации, властных структур и некоторых государственных ведомств – с тем, чтобы события августа девяносто первого впредь никогда бы не смогли повториться. Это была главная цель. Ее достижение мы преследовали, работая в архивах КГБ, знакомясь с оперативными документами.

 

Были, в частности, найдены донесения четвертого отдела пятого управления – того самого отдела, который занимался церковными делами. На наш взгляд, эти документы были составлены достаточно небрежно, вот почему без особых трудов удалось рассекретить имена агентов. Возникает вопрос: надо ли было называть некоторых из них?

 

Я думаю, что если мы честно и прямо скажем, что такие-то люди должны быть отстранены от занимаемых ими государственных должностей в силу их связей с КГБ, то это будет правильно понято нашим обществом. Подчеркиваю: это затрагивает только самый узкий круг бывших агентов, не всех подряд. И чем раньше мы это сделаем, тем лучше. Конечно, все сказанное относится и к церковному руководству. Мне вместе с тем кажется, что именно обнародование некоторых имен стало причиной того, что комиссию прикрыли.

 

Нам известно, что с Председателем Верховного Совета Р. Хасбулатовым встречались и Патриарх Алексий II, и руководитель нашей разведки Е. Примаков. Думаю, что оба они настаивали на прекращении деятельности комиссии.

 

Г. Якунин. ...Гриф "секретно" на всех документах пятого управления мы считаем чисто ведомственным грифом. Какую государственную – в настоящем смысле – тайну он охраняет? Кроме того, вся деятельность пятого управления – это признал и сам КГБ фактом роспуска и четвертого отдела, и всего пятого управления – была глубоко антиконституционна и попирала права человека. Поэтому никаких секретов здесь нет и быть не может! Нас обвиняют в стремлении устроить "процессы ведьм". Но для того, чтобы старое не повторилось, для того, чтобы в обществе опять не было рецидивов ГКЧП и чтобы тоталитарный

 

425//426

 

режим – то ли в красной краске, то ли в коричневой – не мог существовать, вот для этого как раз и надо, чтобы чудовищный нарыв был вскрыт.

 

Игумен Иоанн (Экономнее). ...У меня часто спрашивают в последнее время: почему Церковь молчит? Почему со стороны Священного Синода не последовало никаких заявлений в связи с материалами, опубликованными, в частности, в том же "Огоньке"?

 

...Дело тут не в том, чтобы удовлетворить кого-то и выступить с покаянием. Покаяние необходимо, но каяться нужно перед Богом... Я глубоко убежден, что выдвигать обвинения против конфетных людей до тех пор, пока не представлены конкретные материалы и не вынесено судебное решение, не совсем правильно. Кроме того, не может быть стандартного, единого подхода ко всем людям, которые являлись агентурой Комитета госбезопасности. Были люди, которые формально сотрудничали. По-видимому, даже были случаи, когда псевдонимы давались людям, которые ничего об этом не знали. Но, видимо, были и случаи, когда священнослужители сотрудничали с органами не за страх, а за совесть. И если они своими действиями нанесли серьезный урон Церкви, если из-за них пострадали другие, верующие, неверующие, священнослужители, несвященнослужители, если по их вине закрывались храмы и приходы, то таким людям не место в Церкви.

 

И еще – теперь уже с точки зрения нравственности. Мы должны с состраданием подходить даже к тем, кто совершил грех. Это понятно для нас, священников, для тех, кто исповедует.

 

 

"Аббат" – кличка митрополита Волоколамского и Юрьевского Питирима, "Антонов" – митрополита Киевского и всея Украины Филарета.

Дьякон   А.   Рыбин   –  до   1991   года   сотрудник   Отдела   внешних церковных сношений  (ОВЦС).

 

Ариерейский Собор РПЦ, проходивший 31.03–5.04.1992 года. – Прим. ред.

 

Меня беспокоит одно: эти публикации принимают характер кампании, направленной против Церкви. Ни в коей мере не обвиняю ни отца Глеба Якунина, ни комиссию, у меня нет никаких претензий к Александру Нежному. Но дело в том, что есть силы, которые обеспокоены ростом авторитета, влияния, престижа Русской Православной Церкви. Подстраиваясь под эти публикации, они развернули настоящую широкомасштабную кампанию против Церкви.

 

426//427

 

И еще одно замечание. Что бы ни говорилось, в частности, о Патриархе Алексии II – а я его очень хорошо знаю, – для меня он навсегда останется одним из лучших святителей земли Русской, человеком, который очень многое сделал для того, чтобы Церковь наша нашла свой путь к возрождению...

 

3. Крахмальникова. ...Вы, отец Иоанн, сказали о том, что нужно сострадание. Да, сострадание нужно. Церковь всегда прощала своих падших детей. Мы все очень грешны и очень слабы. Но Церковь исцеляла их, отправляя для покаяния, для подвига. Простите меня, но Патриарх... не может каяться только перед Богом. Он должен покаяться перед церковным народом... Разве Патриарх Алексий II не знал, что Филарет (Денисенко) – многодетный митрополит и семейный монах? Об этом каждая старушка знает. А Патриарх присваивал ему звание "блаженнейшего"! Как вы могли нас так обмануть?!

 

В. Полосин. Меня, честно говоря, удивляет, почему до сих пор происходит такое очевидное нарушение канонов Православной Церкви, которое выражается в существовании Священного Синода в его нынешнем виде. Ведь сейчас он обладает правами, которые по православным канонам относятся исключительно к Архиерейскому Собору. Создана элитарная группа, которая от имени Поместной Церкви решает важнейшие церковные вопросы. Когда государство стало сатанинским, то такое положение привело сразу к катастрофическим последствиям.

 

...Во всем мире существует такое понятие, как презумпция невиновности. Если нет достоверных сведений, что такой-то человек сделал такие-то действия, то нельзя его обвинять. Наверно, не все подписывали слово Патриарха Алексия I по Сталину . Тот же архиепископ Гермоген (Голубев) – он тоже был в Московском Патриархате, но свидетельствовал об истине в своих посланиях.

 

...Я прочитал, например, в книге "На пути к свободе совести" статью митрополита Ювеналия. Он, будучи председателем синодальной комиссии по канонизации, говорит, что мы не можем

 

427//428

 

канонизировать новомучеников, пока не получим от государства свидетельства о том, что они политически реабилитированы, что они не являются политическими преступниками. Это просто кощунство, куда худшее, чем даже эти сведения по агентуре! По сути, говорится о том, что мученики трех первых веков неправильно канонизированы, ведь их Римская империя не реабилитировала и они считались там политическими преступниками!

 

Н. Артемов. Говорят: надо каяться перед Богом. Это так. Но не надо использовать Бога как ширму, чтобы уйти от церковной постановки вопроса. Бог имеет тело – Церковь, и это тело живет на земле, и оно свято. В нем, в Церкви надо каяться тем, кто переступил каноны, кто согрешил. Церковь ни при каких обстоятельствах не должна служить власти. Если она служит власти, то это грех. Власть всего лишь ограждает Церковь от' внешнего зла. А Церковь пасет свой народ и служит Богу...

 

Ю. Розенбаум. ...Надо было сделать Церковь пропагандистом политики партии не только внутри страны, но и за рубежом. И тогда вступала в дело такая связка: аппарат ЦК КПСС, Совет по делам религий и КГБ. Откуда у КГБ появилась такая власть? Да только потому, что он обладал исчерпывающей информацией о деятельности Церкви, как, впрочем, и других организаций.

 

А информация откуда? Была получена путем вербовки агентуры среди церковных деятелей и даже мирян. При этом вербовка агентуры началась в 1918 году, причем методами, далекими от законности, далекими от нравственности. Какую цель ставили Комитет госбезопасности и аппарат ЦК КПСС? К конечном счете – создать систему государственного управления церковью.

 

Во все международные религиозные организации проникала рука КГБ. Это Совет Церквей, Христианское движение в защиту мира, Всемирный совет евангельских христиан-баптистов и другие организации. В итоге они поддерживали практически все акции КПСС на международной арене и внутри страны. Я не исключаю, кроме того, использование церковной агентуры и в целях международного шпионажа.

 

428//429

 

Но главное тут вот в чем. Все эти действия Комитета государственной безопасности нарушали Конституцию Советского Союза, Конституции союзных республик и права граждан. Почему? Да потому, что во всех наших конституциях, вплоть до сегодняшней, сказано, что Церковь отделена от государства. Это значит, что государство, его органы и должностные лица не имеют права вмешиваться в определение гражданами своего отношения к религии. А между тем, обеспечивая управление церковью и вмешательство в ее дела через свою агентуру, государство – а КГБ является органом государства – нарушало конституционный принцип отделения Церкви от государства.

 

А. Кураев. Печалит, что никаких заявлений со стороны иерархов до сих пор не последовало. Упорный отказ от покаяния означает очень глубоко зашедшую духовную болезнь.

 

Между тем покаяние – это не сложная вещь и не страшная. Оно всегда радостно, оно обновляет душу человека и облегчает ее. Нам было бы потом легче дышать и жить.

 

Г. Эдельштейн. ...Я думаю, что вопрос о доносительстве следует вынести за рамки КГБ. Вся Церковь, вся Московская Патриархия построены на доносительстве. Да, на каждого из нас, на каждого священнослужителя существует в епархиальном управлении досье, и никто, кроме епископа, секретаря епархиального управления и представителя Комитета государственной безопасности, к этому досье доступа не имеет. Московская Патриархия – это некий островок сталинско-брежневской реальности. За пределы той действительности мы не выступили ни на малейший шаг, мы там пребываем все время.

 

Но в принципе все, о чем сегодня пишут, для нас давно не секрет. Мы, к примеру, знали доносы епископа Гавриила (Стеблюченко), они были опубликованы. Мы знали это давно, когда он еще был игуменом Псково-Печерского монастыря. Мы знали то, что руководителей всех, не только Русской Православной Церкви, руководителей всех религиозных объединений назначали идеологический отдел ЦК и Комитет государственной безопасности...

 

Ю. Розенбаум. У комиссии есть материалы, свидетельствующие, что офицеров КГБ посылали в духовные учебные заведения за рубеж для обучения. Потом они возвращались оттуда уже служителями Церкви...

 

Огонек. 1992. № 18-19 С. 12-13

 

 

 

362 Послание Патриарха Московского и всея Руси Алексия II в связи с началом спасительных дней Великого Поста (февраль 1993 г.)

 

 

 

Возлюбленные во Христе преосвященные архипастыри, досточтимые пастыри, всечестные иноки и инокини, дорогие братья и сестры!

 

Ныне наступает время покаяния. Наступают по-особому любимые всяким православным христианином великопостные дни, когда Святая Церковь зовет нас к воздержанию, к трезвению, к деланию добра, к сугубой молитве, к размышлению о самих себе, к плачу о грехах наших.

 

Именно сейчас, когда вступаем мы в Великий пост, с особой силой отзываются в наших сердцах слова Господа: "Покайтесь и веруйте в Еванглие" (Мк. 1, 15); "Покайтесь, ибо приблизилось Царство небесное" (Мф. 4, 17).

 

...Господь – близко (Флп. 4, 5). Каждый час жизни нашей мы должны быть готовы встретить Его, чтобы дать отчет о содеянном. Вот почему сегодня нам надобно отвергнуть всякий грех, всякую неправду, всякий компромисс с собственной совестью.

 

Спаситель наш желает, чтобы мы были нравственно совершенны (Мф. 5, 48). Но никакими усилиями, никакими подвигами своими не может человек достичь совершенства без Бога. Наши грехи – превыше наших добродетелей, и спасение собственными силами нам невозможно (Мф. 19, 26). Нам, но не Богу нашему, Который Своей милостью прощает множество наших грехов и делает нас способными к праведной и святой жизни, к вхождению в Его вечное Царство.

 

Каждому из нас есть в чем каяться перед Господом.

 

430//431

 

На нас – множество личных грехов, ежедневных, ежечасных, совершенных делом, словом и помышлением, волею или неволею, разумом и неразумием.

 

Мы виноваты в небрежении о родной нашей Православной Церкви, в забвении молитвы и благочестия, в нерадении о духовном просвещении нашего народа, о спасении ближних наших. Мы пребываем в духовном расслаблении в тот самый час, когда нашего слова и дела ждут миллионы духовно мятущихся людей.

 

Мы каемся за тех из нас, кто недостаточно стоял за веру в годы гонений, проявлял малодушие и даже, не дай Бог, потворствовал гонителям, попиравшим Церковь Божию, приносившим тяжкие страдания и смерть христиан.

 

Сегодня, когда вокруг нас разлилось море страдания, мы виноваты перед каждым страждущим в том, что не всегда согрели его теплом нашего сердца, не всегда пожертвовали собой ради его блага.

 

Народ наш, некогда благочестивый и верный Господу, потерял способность "различать духов", утратил нравственные ориентиры. Леность и греховная гордыня, увлечение безнравственными зрелищами и культом насилия, аморальный климат в политике и экономике поработили многих из нас. Подвергается разрушению семья – основа многовекового уклада народной жизни, основа его благоденствия, через которую передавались от поколения к поколению дух благочестия и нравственное начало.

 

В спорах о будущем государств, в которых мы живем, в поисках путей управления ими многие из нас ожесточились, потеряли терпимость, стали унижать и оскорблять друг друга, упиваясь собственной мнимой правотой.

 

Мы допустили, что во многих местах, где еще недавно царили мир и согласие, ныне льется кровь. Народы восстают на народы, государства – на государства. Все больше и больше людей становится на путь разбоя, грабежа и прочих преступлений.

 

Забота о хлебе насущном превратилась в стяжание богатства любыми средствами и любой ценой. Люди, страждущие от нищеты и лишений, вопиют о помощи, а те, кто мог бы поделиться куском хлеба, лишь усугубляют их страдания.

 

431//432

 

Любой человек грешен перед лицом Божиим. Но больше всего вины лежит на нас, собратья мои, архипастыри и пастыри. Мы должны будем на Страшном суде ответить за паству свою. И мы несем на себе бремя ее грехов, бремя осуждения за то, что не всегда были добрым примером для подражания, не всегда достойно научали пасомых наших.

 

С плачем о грехах наших, с надеждой на милость Божию возопиим к Нему: Прости нас, милосердный Господи!

 

...Всей Церковью нашей, всем народом нашим будем просить Бога о прощении. Будем каяться перед Ним, открывая грехи свои нашим духовникам, как заповедует это делать Святая Церковь.

 

Будем помнить, что истинное покаяние совершается не перед лицом людской толпы, не напоказ, не ради того, чтобы показаться людям постящимися и кающимися, ибо так делали осужденные Христом фарисеи.

 

Истинное покаяние – это не только признание своего греха. Это и твердая вера в то, что все грехи, о которых мы искренне сожалеем и к которым не желаем возвращаться, Господь нам прощает. И одновременно покаяние это начало новой жизни.

 

"Итак, покайтесь и обратитесь, чтобы загладить грехи ваши, да придут времена отрады от лица Господа..." (Деян. 3, 19–20).

 

В день Сыропустной недели – Прощеного воскресенья я обращаюсь к каждому из вас, возлюбленные о Господе Владыке отцы, братья и сестры, со слезной просьбой простить меня за все, чем многократно согрешил перед вами.

 

Господь, благодатию и щедротами Своего человеколюбия, да простит и помилует всех вас.

 

Прошу ваших святых молитв обо мне недостойном, о том, чтобы Господь укрепил меня в настоящем поприще поста и в возложенном на меня многотрудном служении Его Святой Церкви.

 

"Благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь" (Рим. 16,24).

 

Русская мысль. 5.3.1993. С. 8

 

См. Док.  160.

 

432//433