САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ и СЕВЕРО-РУССКАЯ ЕПАРХИЯ  arrow 1920-1936 гг. митр. Антоний arrow 3. митр. Антоний arrow Письма митрополита Крутицкого Петра (Полянского) митрополиту Сергию (Страгородскому)

arhBishop-Sofrony1

 Высокопреосвященнейший Софроний, архиепископ Санкт-Петербургский и Северо-Русский

Форум РПЦЗ

Регистрация

Боголюбивые
православные
братия и сестры
Вы сможете комментировать и публиковать свои статьи
Имя

Пароль

Запомнить
Вспомнить пароль
Нет регистрации? Создать
Благодарим Вас!

RSS Новости

Баннеры РПЦЗ

Санкт-Петербургская и Северо-Русская епархия РПЦЗ, архиепископ Софроний

 

Kondakov_BANNER1


HotLog

Яндекс.Метрика

Письма митрополита Крутицкого Петра (Полянского) митрополиту Сергию (Страгородскому) PDF Напечатать Е-мейл

Письма Патриаршего Местоблюстителя митрополита Крутицкого Петра (Полянского) Заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Нижегородскому
Сергию (Страгородскому)

 
          Ваше Высокопреосвященство, простите великодушно, если настоящим письмом я нарушу душевный покой Вашего Высокопреосвященства. Мне сообщают о тяжелых обстоятельствах, складывающихся для Церкви в связи с переходом границ доверенной Вам церковной власти. Очень скорблю, что Вы не потрудились посвятить меня в свои планы по управлению Церковью. А между тем Вам известно, что от местоблюстительства я не отказывался и, следовательно, Высшее Церковное Управление и общее руководство церковной жизнью сохранил за собою. В то же время смею заверить, что (с должностью? — Сост.) (нрзб.) заместителя Вам предоставлены полномочия только для распоряжения текущими делами, быть только охранителем текущего порядка. Я глубоко уверен, что без предварительного сношения со мною Вы не предпримете ни одного ответственного решения, каких-либо учредительных прав я Вам не предоставлял, пока со мною местоблюстительство и пока здравствует митрополит Кирилл и в то же время был жив митрополит Агафангел. Поэтому же я и не счел нужным в своем распоряжении о назначении кандидатов в заместители упомянуть об ограничении их обязанностей, для меня не было сомнений, что заместитель прав установленных не заменит, а лишь заместит, явит собой, так сказать, тот центральный орган, через который местоблюститель мог бы иметь общение с паствой. Проводимая же Вами система управления не только исключает это, но и самую потребность в существовании местоблюстителя, таких больших шагов церковное сознание, конечно, одобрить не может. Не допускал я оговорок, ограничивающих обязанности заместителя, и по чувству глубокого уважения и доверия к назначенным кандидатам, и прежде всего к Вам, имея в виду при этом и Вашу мудрость. Мне тяжело перечислять все подробности отрицательного отношения к Вашему управлению: о чем раздаются протесты и вопли со стороны верующих, от иерархов и мирян. Картина церковных разделений изображается потрясающей. Долг и совесть не позволяют мне оставаться безучастным к такому прискорбному явлению, побуждая обратиться к Вашему Высокопреосвященству с убедительной просьбой исправить допущенную ошибку, поставившую Церковь в унизительное положение, вызвавшее в ней раздоры и разделения и омрачившее репутацию ее предстоятелей. Равным образом прошу устранить и прочие мероприятия, превысившие Ваши полномочия. Такая Ваша решимость, надеюсь, создаст доброе настроение в Церкви и успокоит измученные души чад ее, а по отношению к Вам для общего нашего утешения сохранит то расположение, каким Вы заслуженно пользовались и как церковный деятель, и как человек. Возложите все упование на Господа, и Его помощь всегда будет с Вами. Со своей стороны я, как первостоятель Церкви, призываю всех священнослужителей и церковных деятелей проявить во всем, что касается гражданского законодательства и управления, полную лояльность. Они обязаны беспрекословно подчиняться правительственным распоряжениям, если те не нарушают святой веры и вообще не противны христианской совести; и не должны заниматься какой-либо противоправительственной деятельностью, не должны выражать ни в храмах, ни в частных беседах ни одобрения, ни порицания их действий и вообще вмешиваться в дело, не относящееся к Церкви. Смею, однако, надеяться, что действительность не может указать среди представителей православного епископата и клира случай подобной нелояльности. Ни в мое непосредственное управление, ни после не было слышно ни об одном политическом преступлении со стороны духовных лиц. Если бы эти преступления имели место, то, надо полагать, виновные подверглись бы гласному судебному процессу; но на судах политических преступников не упоминается о представителях духовенства. Я охотно готов признать, что и само правительство давно убедилось в аполитичности Православной Церкви, и Вы, Владыка, можете себе представить: с каким воплем у нас должны отнестись священнослужители, особенно томящиеся в тюрьмах и ссылках, к голословному заявлению о словах и делах, а затем и о постигшей многих горькой участи. Между прочим, мне пишут, что епископ Василий о делах от моего имени представил Вам доклад. Должен заметить, что ни ему, ни другому моему сожителю я не давал никаких поручений, касающихся церковных дел. О себе лично скажу, что я прошел все виды страданий, которые можно себе представить, казалось, что у меня одно время года — время скорби, но Господь, видимо не оставляет меня. Он поддерживает мои силы, ослабляемые тяжелыми условиями изгнания, и вносит в душу упокоение, которое, если и отравляется, то только болью о Церкви. Милость Божия да будет с Вами, Вашего Высокопреосвященства Послушник
М(итрополит) П(етр).
13(?)(26).02.1930
Второе письмо Патриаршего Местоблюстителя митрополита
Крутицкого Петра (Полянского) к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Нижегородскому Сергию (Страгородскому) (Хэ, Обдорского района)

          Высокопреосвященнейший Владыко!

          Представился случай написать Вам в дополнение к письму, отправленному заказным по Вашему московскому адресу. То письмо писал, сильно недомогая, а после и совсем себя плохо почувствовал. Требовалось бы сделать маленькие вставки. Когда пришла почта — редкий наш посетитель, — началась суета, да так и сделал, совсем запамятовав о вставках. В одном месте пропущено выражение: «для общего нашего утешения». Это там, где говорится о сохранении расположения к Вам.

          В другом месте между словами: «среди клира» — нужно вставить: «представителей православного епископата и клира...». Это в абзаце об отношении к соввласти. В том же абзаце, помнится, неладно с отрицанием «не». Но эти недочеты сути, конечно, не изменяют. Я постоянно думаю о том, чтобы Вы являлись прибежищем для всех истинно-верующих людей. Признаюсь, что из всех огорчительных известий, какие мне приходилось получать, самыми огорчительными были сообщения о том, что множество верующих остаются за стенами храмов, в которых возносится Ваше имя. Исполнен я душевной боли и о возникших раздорах вокруг Вашего управления и других печальных явлениях. Может быть, эти сообщения пристрастны, может, я достаточно не знаком с характером и стремлением лиц, пишущих мне. Но известия о духовном смятении идут из разных мест и главным образом от клириков и мирян, оказывающих на меня сильное давление.

          На мой взгляд, ввиду чрезвычайных условий жизни Церкви, когда нормальные правила управления подвергаются всяким колебаниям, необходимо поставить церковную жизнь на тот путь, на котором она стояла в первое Ваше заместительство. Вот и благоволите вернуться к той, всеми уважаемой Вашей деятельности. Я, конечно, далек от мысли, что Вы решитесь вообще отказаться от исполнения возложенного на Вас послушания — это послужило бы не для блага Церкви. Повторяю, что очень скорблю, что Вы не писали мне и не посвятили в свои намерения. Раз поступают письма от других, то, несомненно, дошло бы и Ваше. Пишу Вам откровенно, как самому близкому мне Архипастырю, которому многим обязан в прошлом и от святительской руки которого принял постриг и благодать священства. Не подумайте, Владыко, что в центре моего внимания находятся суждения моих соседей — Архипастырей. Не скрою, что как только они прибыли в Обдорск, почтили меня общим письмом; но последнее состояло исключительно из одних приветствий. Затем, около уже года, ничего о них не слышу.

          Мое здоровье сильно ослабело борьбой с суровыми климатическими условиями. Неоднократно ходатайствовал о переселении в другой пункт, более или менее обеспеченный сносным климатом и наличием медицинской помощи, которая здесь слишком слаба, — успеха нет. Все домашние тягости несу сам: около меня нет постоянного человека. На старости лет приходится подвижничать по-пустынному. Господь устроил, таким образом, дело внутреннего упорядочения. Прошу Вас помолиться Господу Богу, чтобы подкрепил мои силы и помог мне жить в безропотном послушании Его Святой Воле.

          Вашего Высокопреосвященства покорный слуга
          митрополит Петр.
          26 февраля 1930 г., Хэ, Обдорского района.

(Взято с узла Крымской епархии)

          Комментарий: Смыслу этих писем митр. Петра (Полянского), которые свидетельствуют об узурпации церковной власти со стороны Заместителя Местоблюстителя Патриаршего Престола митр. Сергия Страгородского и об изменении им церковного курса, идеологи Московской Патриархии постарались придать совершенно иное, ложное, направление, как это и свойственно им в применении данного метода даже к богослужебным текстам.  

          Так, известный «историк» и «канонист» (в своем «Церковном праве» проигнорировавший даже декларацию митр. Сергия от 1927 г.) «протоиерей» Владислав Цыпин в своих «трудах» упоминает эти письма, но цитирует их почему-то с середины: “Ввиду чрезвычайных    условий жизни Церкви, когда нормальные правила управления подвергаются всяким    колебаниям, необходимо поставить церковную жизнь на тот путь, на котором она стояла   в первое Ваше заместительство. Вот и благоволите вернуться к той, всеми уважаемой    Вашей деятельности, — выразив свое огорчение происходящим в Церкви, митрополит    Петр тем не менее сохраняет за митрополитом Сергием ранее данные ему полномочия: —   Я, конечно, далек от мысли, что вы решитесь вообще отказаться от исполнения    возложенного на вас послушания — это послужило бы не для блага Церкви... Пишу Вам    откровенно, как самому близкому мне архипастырю, которому многим обязан в прошлом    и от святительской руки которого принял постриг и благодать священства...». Эта часть письма, без его начала, совершенно дезориентирует читателя. Хуже того, она создает у него ощущение ложного знания. Посмотрите, на чем заостряет внимание Цыпин. На том, что м. Петр «сохраняет» полномочия м. Сергия. Но ведь его полномочия «только для распоряжения текущими делами, быть только охранителем текущего порядка» никто никогда не оспаривал. Суть письма состоит в том, что «церковное сознание» не может принять именно нарушения этих полномочий. Именно с этого начинается письмо. Но начало письма у «историка» исчезло и у читателя возникает совершенно ложная картина поддержки митр. Петром митр. Сергия. Если МП свободна и права в своих деяниях, то зачем же ее официальный историк так изворачивается и манипулирует цитатами?

          Тягу к обработке писем митр. Петра проявили и составители его жития. Вот что они пишут: «Митрополит Петр в декабре 1929 г. направил своему Заместителю письмо, не лишенное чувства горечи. "Мне сообщают о тяжелых обстоятельствах, складывающихся для Церкви в связи с переходом границ доверенной Вам церковной власти. Очень скорблю, что Вы не потрудились посвятить меня в свои планы по управлению Церковью".  [...] В феврале 1930 года Митрополит Петр отправил из поселка Хэ второе письмо своему Заместителю. "Я постоянно думаю о том, — писал он, — чтобы Вы являлись прибежищем для всех истинно верующих людей. Признаюсь, что из всех огорчительных известий, какие мне приходилось получать, самыми огорчительными были сообщения о том, что множество верующих остаются за стенами храмов, в которых возносится Ваше имя. Исполнен я душевной боли и о возникающих раздорах вокруг Вашего управления и других печальных явлениях. Может быть, эти сообщения пристрастны, может быть, я достаточно не знаком с характером и стремлением лиц, пишущих мне. Но известия о духовном смятении идут из разных мест, и главным образом, от клириков и мирян, оказывающих на меня сильное давление.

          Я, конечно, далек от мысли, что Вы решитесь вообще отказаться от исполнения возложенного на Вас послушания — это послужило бы не для блага Церкви. ...Пишу Вам откровенно, как самому близкому мне архипастырю, которому многим обязан в прошлом и от святительской руки которого принял постриг и благодать священства ..."

          В сопроводительной записке к письму Митрополит Петр среди прочего написал: "Ваши полномочия есть Богом благословенные и имеют обязательную силу".

          Под скромным троеточием скрывается фраза «Повторяю, что очень скорблю, что Вы не писали мне и не посвятили в свои намерения. Раз поступают письма от других, то, несомненно, дошло бы и Ваше.» A фрагмент «На мой взгляд, ввиду чрезвычайных условий жизни Церкви, когда нормальные правила управления подвергаются всяким колебаниям, необходимо поставить церковную жизнь на тот путь, на котором она стояла в первое Ваше заместительство. Вот и благоволите вернуться к той, всеми уважаемой Вашей деятельности» исчез,  не оставив даже троеточия. Само-собой разумеется, что начало письма также опущено. Могут ли быть совместимы подобные примеры контрафакции писем новосвященномученика с истинным возрождением? Ведь это даже не официальный учебник церковной истории, а житие!..

          ЦЛ